Ислам (akievgalgei) wrote in anti_fasmer,
Ислам
akievgalgei
anti_fasmer

Category:

НАРОДНЫЕ ЗАКОНЫ ИНГУШЕЙ


ЗАКОН
Ингуш.язык закан: 1 заклятье, запрет, 2 освящение, 3 нор-мы и правила для жрецов.
Ингуш.язык закан-юрт: |топоним| - село в Чечено-Ингушской АССР
русск. закон, укр. закíн (-о́ну) «исповедь, причастие», болг. зако́н, сербохорв. за́кон «обычай, закон, вера»
8-)

словенск. zákon (род. п. -óna), чешск., словацк. zákon «закон», польск. zаkоn «закон, завет, монашеский орден».
Ингуш.язык зака: 1 знак одаренности божеством, 2 |в,е|,-ж|б| -святой|ая|, 3|в|- имя муж.
Ингуш.язык зак: 1 линия чертежа, 2 чертеж, разбивочныйплан на местности.
заке-някъан : закиевы, род, фамилия в ингушетии
Ингуш.язык заккар: 1 священный, святой|ая|, 2 посвя-щенный|ая|.
Ингуш.язык закраил: жрец, предстоятель при проведениимолений.
закраж: 1 святилище, 2 помещение для хранениясвященной утвари.
закраж: жрец-священник, проводивший религиоз-ную службу.
Ингуш.язык закрамат: 1 |воен| воинская присяга.
закрат: 1 то же, что закрамат|д||, 2 возведениев ранг высокой священности, 3 священный об-ряд, 4 |е|,-ыж|е| - священный предмет.

АДАТЫ ЧЕЧЕНЦЕВ И ИНГУШЕЙ (XVIII В. – ПЕРВАЯ ПОЛОВИНА XIX В.)

До присоединения к России чеченцы и ингуши, не знали писаных законов и в своей общественной жизни руководствовались нормами обычного права, которые определяли их быт.

Видные русские ученые М.М. Ковалевский , Ф.И. Леонтович, изучая адаты кавказских горцев,
пришли к выводу о преемственности в адатах некоторых норм древнегерманского и русского обычного права. Адаты «нередко целиком напоминают многие институты древнего германского и славянского права, – институты, о каких говорят еще древние историки и бытописатели славян и германцев и какие сохранились, например, в «Русской правде» ...

Традиционные ингушские ценности: «эздел» - благородное поведение, «яхь» - доброе соперничество, «сий» - честь, «эхь» — стыд, «carla далар» — милосердие, «майрал» - храбрость, «денал» - смелость, «камаьршал» — щедрость, «къонахчал» — мужество, «сабар» - терпение и т.д. отражали специфику проживания в горах, требующую, прежде всего, храбрости и мужества, и были практическим руководством поведения, а их несоблюдение приводило к отторжению.

В понимании ингушей этикет - это проявление нравственной культуры «эздел». Эздел учит человека тому, как следует вести себя в той или иной ситуации, закладывает в сознание основные принципы, учит благородному отношению к человеку. Эздел в понимании ингушей – это этика, нравственные нормы, благородство. Существует понятие «гIалгIай омал» и «эхь-эздел», что в буквальном переводе означает «ингушское поведение» и «совесть и благородство».

Ревностное отношение ингушей к соблюдению правил этикета столь велико, что нарушение «правил приличия» ставит человека как бы вне закона. Ингушский этикет регламентирует всю сознательную жизнь каждого члена общества, тем самым, самосохраняя его. 
При всем своём свободолюбии, представитель ингушского общества в то же время не свободен, а обязан. Причём этой обязанностью он не тяготится, а признает ее вполне естественной. Обязан соблюдать традиции, обычаи, системы подчинения (родители - дети, муж - жена, старший – младший). Человек обязан жить по строго определенным канонам, в противном случае ему быть изгоем общества, что равносильно смерти. Таким образом, ингуш не волен, жить никак иначе, чем по строго установленному обычаю, если для него важно признание в среде своего народа.

«Эхь-эздел» - моральный кодекс ингушей, истоки которого, основанные на чести, совести и благородстве - в древней истории народа. В нём находят отражение все стороны нравственной жизни ингушей: семейный долг, уважительное отношение к женщине, почтение к людям преклонного возраста, заботливое обращение с младшими, гостеприимство и многие другие.

Престиж в ингушском обществе традиционно связывается не с силой и властью, а с наибольшим уважением со стороны окружающих. Ещё в ХIХ веке Б.Далгат отмечал, что у ингушей люди никогда не возвышают друг друга по его материальному достатку или по силе социального статуса. Эхь-эздел проявляется в отношениях с людьми, стоящими гораздо выше по своему общественному положению, и напротив, - стоящими неизмеримо ниже. Особенная изысканность манер состоит в том, чтобы и с теми, и с другими держаться почти одинаково.

Если человек выглядит достойным образом и соответственно этому умеет общаться со старшими и младшими, со знакомыми и незнакомыми, с мужчинами и женщинами (в общении с каждой категорией людей существуют свои тонкости), то независимо от образования, от деловых качеств, от уровня компетентности в какой-то области он уже производит самые приятные впечатленияvii. Хорошее воспитание проявляется в умении держаться одинаково в общении с людьми, стоящими гораздо выше тебя по общественному положению, так и неизмеримо ниже. Унижая людей, стоящих ниже по чину, человек ущемляет, прежде всего, свое достоинство.

Незримые законы горской морали (адаты) диктовали каждый шаг горца. Как говорить с женой при людях и в семье, как говорить с детьми при взрослых, при старших, при младших, при родственниках, при посторонних, как вести себя в семье и на людях, что делать при встрече на улице или в дороге со взрослым, с молодым, с женщиной – молодой, старой, когда идет в одном направлении, когда дороги идут в двух направлениях, как помочь старику сойти с лошади или садиться на лошадь, как ухаживать лучше за гостем и т. д.» .
Только хорошее знание обычаев чеченцев и ингушей позволило советскому ученому проф. Н.Ф. Яковлеву, длительное время изучавшему быт и нравы северокавказских народов, сказать об ингушах: «Быт ингуша подчинен всяким правилам тонкой обходительности в большей степени, чем быт большинства населения наших городов, во всяком случае не менее, чем жизнь так называемого «высшего общества» в культурных странах» .
Адаты чеченцев и ингушей , в отличие от адатов дагестанских племен, кабардинцев , осетин , которые к началу XIX в. находились на более высокой ступени общественного развития, отражают родовые отношения без резко обособленных сословных различий. B них сильнее проявлялись пережитки первобытнообщинного строя.

Прежде всего защитное вооружение ингуша заключалось в нем самом в его стойкости крепости духа, самообладание, готовности защитить свою честь, Свободу родной земли, семьи, очага и женщины. Самым верным и надежным его защитным оружием было высокое мнение женщины о нем, мнение врагов и друзей, мнение общества. Отступи он хоть на шаг, перед угражающей опасностью, покажи он спину врагу, уклонись от удара меча или кинжала, он будет всеми отвергнут как трус и предатель, отвергнут общество если не фезически то морально. Он лишиться права называться мужщиной, право носить оружие, присутсвовать в общественных местах.Предателя или изменника убивали сами же близкие родственники. Отверженный он, если избежал казни, то сам уходил в к соседнему племени и добровольно становился рабом, или холопом.

Даже если кишки прилипли к спине, ингушу не полагается просить милостыню. В самом начале сталинской высылки народ впервые за многие десятилетия столкнулся с голодом, но руку не протянул. Лучше быть мертвым, чем быть попрошайкой.

Нельзя женщине поднимать тяжести, а мужчине – скандалы

Тело – враг человека, считают ингуши. Оно капризно, пугливо, притворно. Нельзя прислушиваться к его жалобам.

На мужской щеке слеза высыхает долго, говорят ингуши. Поэтому ее там и не должно быть. Мужчине нельзя плакать и причитать. Слезы и обмороки – женское занятие.

Такие понятия, как испугаться и струсить, у ингушей выражаются единым словом. Но это далеко не одно и то же. Если испуг естественная реакция на опасность, то трусость – самое презренное и низменное проявление человеческого духа.

Наши предки предупреждали – нельзя трогать слабого. Рано или поздно объявится его родственник, подрастет сын, выйдет замуж дочь и родит. Прощения не будет. За деньги можно купить лишь товар, а честь и достоинство здесь никогда не считали товаром. Если чести и достоинства у человека нет, он совсем ничего не стоит, если есть – он бесценен.

Нельзя было дотрагиваться до чужой женщины. У ингушей много рассказов о том, что случайно коснувшись чужой женщины, мужчины отрубали свои пальцы.

В прошлом существовало очень серьезное табу, касавшееся мужчин, – нельзя было набирать лишний вес. Никакого жира на животе! Полнота – удел женщины, которой предстоит стать матерью. Многие ингушские мужчины, особенно парни, годами сидели на диете, носили специальные пояса, стремясь сохранить стройную фигуру. У этого запрета даже существовал свой эталон. Если мужчина ложился боком на ровную дощатую поверхность, то в том месте, где талия, должна была свободно проползти кошка. Это уже идеально

Мудрость ингушей гласит: поступай так, как сделали бы твои предки. Вот почему положения адатов (устного свода правил) строго соблюдают в каждой семье. Свод морально-этических и эстетических правил "Эздел" охватывает все сферы жизни и прививается с детства. Он включает в себя такие понятия как "яхь" - чистая конкуренция, "эхь" - скромность, "сий" - честь, "денал" - сила воли, "камаьршал" - щедрость и другие. От опрометчивых поступков и отступлений от социальных норм издавна ограждал (и частично продолжает ограждать сейчас) обычай кровной мести. Он напоминал: каждый человек в ответе за свои действия перед роднёй.

В средневековье горцам Ингушетии были присущи тотемизм, анимизм, магия, культ предков, культ солнца и гор, аграрные и погребальные культы. Христианство проникало в регион со стороны Грузии, а позже России.
С ХVII веков среди этноса стал распространяться ислам.
Массовая исламизация началась с середины Х1Х века.
Взрослым мальчик считается с 14-15 лет, когда впервые берет в руки оружие.

Семи-восьми лет воспитание мальчиков обычно переходило в руки мужчин, приобщавших их к чисто мужским профессиям с 12—14 лет помогал-отцу в полевых работах, ухаживал за скотом, косил и возил сено, заготавливал топливо на зиму, выполнял и другие работы. Мальчики обычно вращались в кругу взрослых, могли присутствовать при разговоре мужчин (хотя и не имели права вмешиваться в их дела, беседы, а должны были стоять в стороне и почтительно слушать взрослых).
Его (мальчика) мировоззрение и нравственные черты, как будущего главы семьи и члена общества, формировались в кру¬гу старших. Сугубо «мужским» занятиям учили его старший брат, дядя, отец (сажал на подводу и качестве возчика, по¬ручал выполнять несложные работы, приучал к са-мостоятель-ности и т. д.).
Когда мальчику исполнялось 15—16 лет, он шел с подарком к своему дяде по материнской линии, а тот в свою очередь должен был одарить его конем или другими дарами. Этот древний обычай (.«барч»), восходящий, видимо, своими кор¬нями к эпохе матриархата, считался своего рода «признанием» совершеннолетия молодого человека 45.
В тех семьях, где совместно проживали родители отца или его старшие родственники, они играли важную роль в вооли-т'ании мальчиков, приучая их к труду, знакомя с традициями и историей народа по сказкам, преданиям и легендам. Обычно же старики присматривали за мальчиками и воспитывали их в духе народных традиций.
Большое значение вайнахи придавали трудовому воспитанию детей, справедливо считая, что именно через него форми¬руются необходимые нравственные качества будущего члена общества. О том, что чеченцы и ингуши придавали большое значение подготовке детей к трудовой жизни, говорит содер¬жание устного народного творчества, а также практика семей¬ного воспитания. Труду мальчиков в детском возрасте прида¬вался порой увлекательный игровой характер, который облег¬чал выполнение всевозможных поручений взрослых.
Включаясь в работу, мальчики выполняли различные обя¬занности, закрепленные за ними трудовым распорядком. По¬стоянное участие в труде воспитывало в них трудолюбие, при¬вычку к трудовой деятельности, помогало осваивать и закреп¬лять за ними на длительное время приобретенные навыки. Большую роль в приучении детей к труду играл пример роди¬телей и вообще пример старших. Детям и подросткам разъяс¬няли, как, при помощи каких орудий исполняются те или иные рабочие операции. Так, например, в трудовой песне «Чекмень» многосторонне отражен процесс изготовления нового празд¬ничного чекменя. Такие песни являлись средством закрепления у детей 'Представлений о связанных между собой действиях, которые составляли вполне завершенную трудовую операцию, и помогали детям ответить на вопросы такого характера 46.
Трудовое воспитание заключало в себе и разъяснение детям значения труда в жизни человека, что подтверждают все жан¬ры устного народного творчества вайнахов, в частности посло¬вицы и поговорки. Пословицы и поговорки являлись и про¬должают являться до настоящего времени одним из важных и эффективных средств, способствующих формированию у де¬тей мировоззрения труженика. («С ремеслом не пропадешь», ,«Нет ничего на свете, что доставалось бы без труда» и др.) 47. Готовя своих детей к трудовой жизни, родители разъясня¬ли им, что «лучше сделать хотя бы что-нибудь, чем ничего не делать», что «кто не научится в детстве работать, будет му¬читься всю жизнь», что «только труд приносит счастье в жиз¬ни», и т. д. Подрастающему поколению, вступающему в само¬стоятельную жизнь, давались советы и наставления, напоми¬нающие о необходимости жить своим трудом.
В фольклоре ингушей глубокое обобщение по¬лучила мысль, что только в труде человек обретает счастье, что полезен обществу тот, который трудится, что труд является важнейшим средством формирования в человеке лучших нрав¬ственных качеств («Человек хорошеет только в труде», «Чело век почитается по результатам работы его рук», «Цена чело¬века — его работа» и др.)
В трудовой семье воспитывались и такие высокие нрав¬ственные качества, как честность и правдивость, скромность и вежливость, гостеприимство и др. С понятием честности и правдивости у ингушей связывалось и представление об общественной силе человека («Если честен, то силен»). Культивировалась бескомпромиссность и постоянная предпочти¬тельность этих позиций («Если даже горько, говори правду», «Сидеть можешь криво, но говори прямо», «Сумей сдержать слово» и др.). У детей вырабатывались сдержанность («самое лучшее в нраве — сдержанность»), выдержка, разумное тер¬пение («у разумного есть терпение»). Их учили быть скромны¬ми ('«не хвали себя, если ты хорош, тебя и так заметят»).

Народная педагогика вайиахов резко осуждала себялюбие, самовосхваление, зазнайство, хвастовство, зависть, ложь и другие пороки. Большое внимание уделялось воспитанию у де-| тей таких нравственных категорий, как дисциплинированность, I чувство коллективизма, послушание, уважение к родителям и ^старшим вплоть до беспрекословного повиновения, верность в | дружбе, любовь к родине. В мальчиках воспитывали храб-I рость, стойкость, самоотверженность, в девочках — терпели-I вость, верность, безропотность и покорность старшим, а в бу-I душем — мужу.
Все это соответствовало идеалу нравственного совершенства той эпохи, так как критерии воспитания подрастающего поко¬ления у вайнахов 'были тесно связаны с историческими усло¬виями их жизни.
Борьба против иноземных поработителей, специфика внут¬реннего ранне-классового устройства требовали физически сильных людей. Именно поэтому, наряду с трудовым и об-; щественно-нраветвенным воспитанием, ингуши уделяли много внимания физическому и военному воспитанию. Ф. И. Леонтович в своей рукописи «Быт и воспитание горцев», приводил интересные сведения о состоянии физического воспитания детей ингушей и чеченцев с давних времен до конца XIX в., и указывал, в частности, что в ранний период встречаются аналогичные древнегреческим элементы физических упражнений и состязаний 49.

В содержание военно-физического воспитания входили: верховая езда, борьба, метание камня, копья, прыжки с ше¬стом, плавание и др. Обучение мальчика верховой езде начи¬налось с того момента, как только он мог держаться в седле. Тренируя коней, мальчики развивали у себя сноровку и лов¬кость.
Популярны были «скачки с обрыва», которые вырабатывали решительность, смелость и умение в совершенстве управлять своим конем, а также игры-состязания, требовавшие ловко¬сти, гибкости и находчивости. Некоторые из последних описа¬ны в литературе 5|.

Характерной чертой семейно-бытовых отношений чеченцев и ингушей с древнейших времен являлся обычай глубокого по¬читания родителей и уважения старости. Обычно во всех слу¬чаях старший по возрасту говорил первым, молодой человек уступал ему свое место, слушал советы, не садился при стар¬ших и т. д. Это положение неоднократно подтверждается мно¬гими дореволюционными авторами54. В высшей степени счита¬лось неприличным вмешиваться в разговор старших, громко смеяться в их присутствии, говорить то, что непристойно полу и возрасту, совершить какой-либо невежливый поступок в при¬сутствии родителей (особенно стариков), курить, оговари-ваться и т. д.
Tags: akievgalgei
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic
    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments