Дагот Ур (akievgalgei) wrote in anti_fasmer,
Дагот Ур
akievgalgei
anti_fasmer

Category:

ИНГУШСКИЙ ЩЕНОК

ДОЧЬ, СОБАКА, ЩЕНОК, ЖЕНА, ХВОСТ
Ингуш.язык кIаз: щенок
Ингуш.язык кIазилг: щенок
[кӏаза, кӏаьзо, кӏеьзаца, д; мн. кӏазий, д] щенок (собаки, волчицы);

БСловенский язык kužek: щенок
Бретонский язык kiez : сука
Гагаузский язык kız: дочь
Каракалпакский язык qız: дочь
Карачаевский язык къыз: дочь

Киргизский язык кыз: дочь
Кумыкский язык къыз: дочь
Курдский язык qîz: дочь
Османский язык قیز (kız): дочь
Татарский язык кыз: дочь
Тофаларский язык: ӄыс: дочь
Уйгурский язык : qiz (қиз): дочь
Якутский язык кыыс: дочь


Ингуш.язык. пхьу: пёс
[пхьарч, пхьаьрна, пхьаро, пхьаре, д; мн. пхьаьрчий, д] кобель; пхьу-кӏаза щенок-самец

Марийский язык пий: собака
Нижнелужский язык pjas: пес
Юкатексаий язык peek’: собака
Кабардин. язык пхъу: дочь
Шотланд. язык cù: собака
Бретон. язык ki: собака
Валлийск. язык ki: собака

Кабардин. язык пхъу: дочь
Абазинский язык пхӀа: дочь
Адыгский язык ыпхъу: дочь

Ингуш.язык Пхьу (ба) — кобель
Ингуш.язык пхьарно: |иногда - пхьарныж|д|| - 1 собачее бешенство
Парано́йя др.-греч. παράνοια — «безумие»
Ингуш.язык пхьарч: 1 собачий лай, 2 облаивание собакой кого-либо, 3 распря, конфликт.
Ингуш.язык пхьуба: ужас.
Древнегреч.язык phobia: страх, фобия
Ингуш.язык пхьубейтар: страшный сон, кошмар.
Ингуш.язык пхьу: охранник, страж, пес
Ингуш.язык пхьубий: | букв. убийство дворовой собаки| уголовно наказуемое деяние, как посягатель-ство на частную собственность
Ингуш.язык пхьуг1нал: жажда войны.
пхьуг1но: сторожевой пост.
пхьуг1о: 1 постовой, охранник, 2 |воен| - часо-вой.
пхьуле: поединок по решению суда
Ингуш.язык пхьулаж: охранник, страж
пхьу-уврт: 1 отверстие в конуре для собаки, 2|перен| - конура.
довний пхьу: ритуал подмены кровни-ка собакой до суда, если обвинитель жаждеткрови. имел важное значение, ибо несдержан-ность и ослепление гневом приводили к непо-правимым ОШИБКАМ.
Ингуш.язык пхьарифо: сыщик

Ингуш.язык жӀали: собака
Чечен.язык ж1аьла: собака
Циганский язык джюкэл: собака
Грузинский язык  ძაღლი (d͡zaġli: собака
Узбекский язык джаляб: шлюха


Ингуш.язык къотӏа
[къутӏа, къутӏанна, къутӏано, къутӏане, д; мн. къотӏарчий, д] незаконнорожденный
Хиндиhi: कुत्ता (kuttā) м., कुत्ती (kuttī) : собака
Панджабиpa: ਕੁੱਤਾ (kuttā): собака
Маратхиmr: कुत्रा (kutrā): собака
Греческийel: κουτάβι ср. (koutávi): щенок
Киргизский язык катын: жена
Карачаевский язык  къатын: жена

Монгольский язык гэргий: жена

Белуджскийbalگرک (gurk): волчица

Ингуш.язык гарг: обломок
гарга: близко, вблизи
гаргало: родство, связь (близость к кому-л.)
гаргало е: родниться
гаргалон: родственный
гаргало тасса: родниться
гаргаоза: привлечь (приблизить), окружающий (кем, чем)
гаргара: близкий (о месте)
гаргга: около (примерно), почти

Португальский язык mulher: жена
Ингуш.язык мулг1а: подхвостник
Ингуш.язык мулки:  въючная собака
мулки ляза: ездовые нарты для собак
мулктассий: 1 оставивший имущество, 2 бе-женец, 3 эмигрант.
Санталийский язык ᱮᱨᱚ (era): жена
Ингуш.язык эра: гончая
Фарерский язык vív: жена
Ингуш.язык вив: родив
Ингуш.язык беба, веба, деба, еба: размножать
Немецкий язык Weib: жена
Украинский язык вовк: волк
Ингуш.язык вовх: грабить
укр. щеня (род. п. -я́ти), белор. щенё, щеня,: щенок

Ингуш.язык бӏиж
бӏижо, бӏиже, д; мн. бӏижаш, д] незаконнорожденный
Английсаий язык  bitch: сука
Коми-зырянский язык бӧж: хвост
Ингуш.язык бож: покрывает


Русский язык дочь/ английский язык dog: собака
Ингуш.язык зуд/зовдамаш: сука/суки/ чечен.язык зуд: сука
зуда(zuda): женщина, дама, жена, супруга
зудабер(zudabе:r): девочка, девушка
зударшха(zudars,xa): по-женски
Эламский язык. зид «женщина» и аккадское « зидури /
Чеченский язык зудчухтера(zudc,uxtеra): женоподобный,


Ингуш.язык кIазилг: щенок
Осетинский язык къӕдзил: хвост

Португальский язык mulher: жена
Ингуш.язык мулг1а: подхвостник

Корнский язык kolyn: щенок
Арауканский язык külen: хвост
Астурийский язык cola: хвост
Ингуш.язык къовла, кхолла: закрывает, покрывает
Исландский язык hali: хвост

Ингуш.язык кхал/кхалсаг: женщина
Кетский язык къля: подруга
Уральские языки. *kälü: женщина
Финский язык käly: золовка
Вепсский язык kälü ‘сестра мужа или жены, жена брата’
Эстонский язык käli: сноха
Мордовский язык kel, (эрзян.) kijal(o), удмуртский язык kalî ‘сноха’, коми-язьвин. kel ‘жена брата’,
Аттический древ.греч.язык galōs: женщина
Алтайские языки *käli: женщина
алт.: тюрк. *kälin ‘сноха, невестка (жена младшего брата или сына)’... ‘Древнее значение ‘свойственница’ (первоначально, вероятно, ‘женщина другого брачного
Дравидские языки. *kal: женщина
Афразийские языки *kl: женщина
Аккадский язык : 𒌨 (kalbu): собака

Арамейскийarc (иуд.): כלבא (kalbā’) м.כלבתא (kalbtā’) ж.: собака

Болгарский язык копой: собака
Ингуш.язык кхахьпа: 1 букв. приносящая... в подоле| -проститутка, распутная женщина, 2 |о мужчи-не| - вероломный, подлый, безответственный
Древнеассирийский язык khahgpa "проститутка"
Ингушский язык кхахьа: возить, носить

СОБАКА, ЦЕПЬ: ИСПРОЩЕНИЕ КРОВНОЙ МЕСТИ У ИНГУШЕЙ

Приведу здесь для характеристики способа испрошения помилования убийце следующий случай, бывший среди ингушей лет шестьдесят тому назад. В селении Пизох члены одной фамилии убили троих из другой фамилии. Исчерпаны были все средства, чтобы помирить враждующих и прекратить предстоящие бедствия от возгоревшейся кровной вражды между этими двумя фамилиями. Но никакие просьбы со стороны рода убийцы и посредников-стариков не действовали на род убитого, представители которого хотели во что бы то ни стало смыть с себя кровь своих братьев. Тогда одни из стариков вспомнил о почитании цепи их предками. И убийца, как на крайнее и вернейшее средство, решился вместе с несколькими родственниками пробраться тайком в дом убитых им и схватиться за домашнюю цепь, прося прощение себе у священного очага. Отказать какой бы то ни было просьбе человека, державшегося за цепь, у ингушей считалось равносильным святотатству, преступлением перед предками, а потому между этими враждующими фамилиями состоялся мир.

Но с особенной силой культ предков выражается в присяге, у ингушей называемой дув. Память об этих способах присяги весьма свежа у чеченцев, хотя теперь они и не придерживаются их по весьма понятной причине (мусульманство не терпит).

Самый ранний из писателей, г-н Потоцкий, сообщает в своем дневнике, что у ингушей обычным способом взыскания долга бывает обращение к приятелю с заявлением:

«Такой-то из твоего рода должен мне столько-то. Позаботься о том, чтобы долг был уплачен; в противном случае я убью над мертвыми твоего рода собаку, которую привел с собой». Эта угроза приводит ингуша в трепет, и он немедленно соглашается исполнить поставленное ему требование[165]. 

М. Ковалевский, намного раньше цитированного места[168], сам говорит: «Нет в глазах последователя Авесты искупления для того, кто убьет собаку: он лишается всех благ будущей жизни, а за увечье собаки подвергается на земле самому страшному наказанию – разрезанию тела на части».

Значит, если бы ингуши были последователями Авесты, как ошибочно полагает М. Ковалевский, то ни в каком случае не могли бы они убивать собаку и для осквернения якобы трупом ее могилы покойника они бы избрали другое животное, но никак не собаку. Тем более неприложимо подобное толкование к ингушам, что, как мы видели выше, говоря о «кашах»; они вовсе не отдавали «нечистые» трупы своих покойников на съедение «чистым» животным, по Авесте, т.е. собакам.

Подобное представление совершенно чуждо чеченской мифологии, и собака, как и осел, и некоторые другие животные, издревле, раньше утверждения у них мусульманства[169], считались не из чистых и никогда потому не употреблялись в пищу и т.п. Другой случай, приводимый М. Ковалевским со слов Потоцкого же (хотя он его толкует в свою пользу, по моему мнению), напротив того, подтверждает взгляд ингушей на собаку, как на животное нечистое. Ответчик, говорится у него, отрицавший свой долг, в доказательство утверждаемого принуждался к совершению следующего обряда: перед одним из священных утесов или так называемых «уерда», игравших в народной мифологии ингушей роль божеств, ставили смесь собачьего кала и костей; после этого должник в присутствии кредитора произносил буквально следующее заклинание:

«Если я говорю неправду, то да понесут мои предки на своих плечах покойников истца по лежащему пред ними пути, после орошения его предварительно дождевою водою и при ярком солнечном свете».

Эти слова вполне объясняются с точки зрения ингушской мифологии: отбросы животного вообще, а тем более собаки, в глазax ингуша считаются нечистыми (как и сама собака); этот путь, загрязненный нечистотами, делается еще более неприятным и грудным от скользкой дороги после дождя, а солнечный яркий свет[170] еще больше затрудняет ношу покойников вследствие жары. Таким образом, все здесь сводится к самому простому объяснению, и препятствия на пути, весьма натуралистичные, взяты ингушом из обыденного его опыта (как и все на том свете, являющемся отражением этого света). Что касается мусульманства, якобы изменившего воззрения ингушей на собаку, то и это сомнительно: ведь то же воззрение на это животное существует и у хевсур, и у пшавов, тушин и осетин, которые никогда не исповедовали ислама; но главное, во времена Потоцкого ингуши еще не были мусульманами. Наконец, известно, что когда ингуши стали мусульманами, то не только переменили смысл присяги над собакой, а вовсе изгнали этот обычай.

Подозревающий кого-либо в совершении воровства или другого преступления обращается к подозреваемому с требованием, чтобы последний очистил себя присягою. Для этой цели обвиняемый должен был найти собаку и отправить с нею к истцу свою мать или жену. Истец выходил навстречу, и. обращаясь к посланной, говорил:

«Если твой муж (или сын) виновен в том, в чем я его подозреваю (убил или украл), а ты, зная это, скрываешь, то пусть эта собака будет пищею для наших покойников».

Произнося такое заклинание, подозревающий при каждом слове наносил острием шашки удары собаке, которую держала жена (или мать) обвиняемого за веревку. Убив на ее глазах собаку и обрызгав кровью ее платье, истец считал себя удовлетворенным и возвращался домой; а женщина тоже шла восвояси. После такого посвящения собаки[171] в пищу покойникам, если подозреваемый действительно был виновен, то его соучастники, чаще всего его родственники, сознавались в совершенном преступлении; но жена, говорит Газбык, боясь мужа, редко выдавала его. Сила такого заклинания состоит в том, что для ингушей считается несчастьем обидеть покойников. Последние, как мы уже знаем, вели земной образ жизни и больше всего нуждались в пище, а тут им посвящают собаку, нечистое животное, мясо которого никто не употреблял в пищу. Само собой разумеется, что покойники не остались бы в долгу за подобную дерзость непочтительных родственников.

На той же религиозной почве основана у ингушей и присяга у могилы предков. Газбык говорит, что она применялась в том случае, когда первая присяга не достигала цели. Хозяин похищенного имущества, приготовив предварительно араку и зарезав барана, приглашал подозреваемого со всеми родственниками к себе в дом и, угостив их на славу, отправлялся затем с ними на свой фамильный каш; его сопровождали вооруженные родственники. По прибытии обеих сторон на могилу подозреваемый вешал на спину свою дау, т.е. корзину, сплетенную из хвороста, и служащую, собственно, для таскания соломы с гумна. В эту корзину складывали различные земледельческие орудия и хозяйственные принадлежности, каковы лопата, кирка, предметы женского рукоделия и т.п. Затем на шею подозреваемому надевали веревку и три раза обводили его вокруг каша. При этом потерпевший произносил следующие слова:

«Да будете вы, Солнце, Луна и такой-то (произносит имя почтеннейшего человека из живых) на этом свете, а на том свете такой-то (произносит имя наиболее уважаемого из мертвых) свидетелями, что ты (обращается к подозреваемому) приносишь мне присягу в незнании и неведении о случившейся у меня краже. Если же ты совершил кражу и принимаешь ложную присягу, то да перенесутся на наших родственников, покоящихся в этом каше, все те поминки, какие ты и твои предки делали для своих покойников. Пусть твои предки сделаются подчиненными моих предков (пусть будут под моими предками), да будешь ты сам вечным прислужником мне и нашим покойникам. Но если ты невиновен, то пусть тебя Бог простит».

После таких страшных слов виновный большею частью сознавался. В противном случае он рисковал и сам подвергнуть себя самой страшной участи на том свете – вечному служению другому, и это грозило бедствием для всех его предков, которые также поступают в услужение к другим и вечно будут голодными, несчастными.
Не это, однако, соображение руководило мною, когда я останавливался здесь так долго на влиянии культа предков на жизнь чеченцев; того требовала главная задача моего труда – выяснить религию чеченцев, так как нигде в такой чистоте не сохранились верования их, как в вышеприведенных примерах из быта чеченцев. Эти примеры служат довольно полной и яркой иллюстрацией их культа домашнего очага и предков (семейного культа).

Tags: akievgalgei
Subscribe

  • НЮХ/НОС

    КЛЮВ(ЗУБ)-НОС(НЮХ) Чечен.язык нох/нахаро: жеват.орган, клюв Ингуш.язык нух/нохаро: жеват.орган 1 нижняя |подвижная| челюсть живот-ного или нижняя…

  • УТКА ОТЕЦ ПТИЦЫ

    Домашняя утка — это водоплавающая, не очень крупная птица, предок которой — дикая кряква. Некоторые современные породы ведут свою родословную от…

  • ПИтанИЕ

    ПЕЙ-ЕШ-СОСИ-УЖИН-ВЕЧЕР-ОБЕД-ХРАНИ-ХЛЕБ-МУКА РУССКОЕ ПИТЬ=ЕСТЬ Ингуш.язык баа: биа, буъ, биаьб, баар,биар,буар| кушать |в классе «б»| Ингуш.язык…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic
    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 3 comments